© https://mastersluh-krasnodar.ru/
Основатель сурдологической сети «МастерСлух» Дмитрий Бочкарев — о масштабах проблемы нарушения слуха, особенностях этой патологии, а также о работе с участниками СВО и жителями вновь присоединенных территорий России.
— Сегодня большое количество военнослужащих возвращаются к мирной жизни после участия в специальной военной операции. Полученные на СВО травмы касаются, в том числе, и органов слуха. Дмитрий Михайлович, расскажите, какая работа и какими организациями ведется по реабилитации таких граждан?
— В России существует государственный фонд «Защитники Отечества». Он занимается реабилитацией и возвращением к мирной жизни участников специальной военной операции. В работе фонда на сегодняшний день находится серьезный проект массовой диагностики и последующей реабилитации участников СВО по различным направлениям. Отдельно выделено направление нарушения слуха. Это очень распространенная проблема среди людей, которые побывали в горячих точках. К сожалению, в профессиональном сообществе есть ощутимый дефицит врачей специальности «сурдолог-оториноларинголог», которые могли бы решить эту задачу.
Еще до инициативы фонда «Защитники Отечества» благотворительный фонд «Слышать Жизнь», при партнерстве с сурдологической сетью «МастерСлух» и по инициативе боевого братства РООИ «РУСИЧИ-ЦЕНТР», покровительствующей не только участникам СВО, но и ветеранам Афганистана, Чечни, а также других военных кампаний, начал осуществлять такую работу самостоятельно. Кураторы «Боевого Братства» обратились в наш фонд, чтобы специалисты провели обследование свыше четырёх десятков десятков человек, которые находились на курсе реабилитации в городе Таганроге. Но программа не включала в себя сурдологическое обследование и работу с нарушениями слуха. Понимая, что потребность в этом есть, и с этим надо работать, они попросили дополнительно провести диагностику и выявить тех, кому нужна специальная помощь. Мы эту работу сделали.
Пока ни в какой государственной программе реабилитации участников СВО фонд «Слышать Жизнь» не задействован, но мы надеемся, что в будущем услуги наших специалистов будут востребованы в масштабных проектах помощи людям с нарушениями слуха. И к этому уже есть первые предпосылки. Так, в частности, мы приняли участие в совещании фонда «Защитники Отечества» Ростовской области, который собрал все стороны процесса реабилитации людей, возвращающихся к мирной жизни, пытаясь проанализировать и понять, как это оптимально организовать. Только в Ростовской области прямо сейчас около 1 тыс. человек, вернувшихся с СВО, нуждаются в сурдологической помощи. Я думаю, что по другим регионам картина плюс-минус такая же. И это только те участники военной кампании, которые уже имеют вполне конкретные жалобы.
![](http://region.center/source/yug/160524/_1070891probelbz.jpg)
— Каков вообще масштаб проблемы?
— Полной статистики, я думаю, не даст никто, потому что никто в масштабах страны ее не собирает. Но есть наша внутренняя статистика, и, как я уже упоминал, 40 человек мы обследовали. Эти люди прошли полную диагностику слуха и получили рекомендации для дальнейшей реабилитации. Среди них есть небольшой процент тех, которым требуется терапия, и которые могут вылечиться при помощи медикаментов. Но практически 50 процентов из обследованных имеют неизлечимые нарушения слуха. Для устранения их патологий не существует лекарств или каких-то видов терапии, чтобы обратить этот процесс вспять. Таким людям показаны только технические средства реабилитации, в просторечье называемые слуховыми аппаратами.
В этой истории кроется еще один серьезный социальный аспект. Дело в том, что есть участники СВО, которые получили различные ранения или даже потеряли конечности. Это вполне очевидные травмы, требующие лечения здесь и сейчас. А акустические, минно-взрывные травмы, баротравмы и так далее — не болят и, на первый взгляд, не угрожают жизни, поэтому люди, прошедшие пекло и вернувшиеся к нормальной жизни, получившие надежду на то, что все закончилось, в самую последнюю очередь склонны обращать внимание на проблемы со слухом. А эти проблемы есть. Но психика устроена таким образом, что даже у пациентов без подобного травмирующего опыта, процесс осознания, признания и обращения за помощью, растягивается, как показывает практика, на срок от двух до семи и более лет. Это тот срок, когда человек от первых звоночков и симптомов, говорящих, что с его слухом что-то не так, решается пойти к специалисту.
К сожалению, сегодня очень мало людей, которые в силу недостаточного количества информации понимают, насколько даже первые симптомы, связанные с нарушением слуха, в перспективе могут иметь тяжелые последствия. Нарушение слухового анализатора, особенно у тех людей, кто прошел стрессорные условия, часто сопровождается шумом в ушах. А это тоже влияет на качество жизни. Еще один симптом — головокружения, поскольку орган, отвечающий за равновесие - вестибулярный аппарат, расположен во внутреннем ухе. Однако люди склонны не воспринимать всерьез данные симптомы. В этом и заключается сложность работы с этим контингентом.
![](http://region.center/source/yug/160524/_1070917probelbz.jpg)
— В чем заключается суть работы с такими людьми?
— В первую очередь, для выявления слуховых патологий необходимо провести аппаратное обследование. Это комплекс диагностических мероприятий, определяющий проблемы, с которыми нужно дальше работать. Речь идет об обязательной сурдологической диагностике. Дело в том, что даже внешне здоровые и не жалующиеся активно на проблемы со слухом люди, могут иметь риск развития заболеваний вплоть до полной глухоты. Без аппаратного обследования диагностировать патологии невозможно, и, как показывает практика, из обследованного нами контингента — почти 50 процентов нуждаются в дальнейшей помощи врача-сурдолога, а также в дальнейшей реабилитации. Это наш конкретный опыт с группой военнослужащих в феврале-марте этого года. Мы планируем продолжать эту работу, но, к сожалению, не все от нас зависит. Однако государство, в лице фонда «Защитники Отечества», понимая эту необходимость, планирует по всей стране провести массовую работу по диагностике различных заболеваний у участников СВО. Конечно, обследование органов слуха также входит в перечень диагностических мероприятий, потому что проблема действительно имеет серьезный масштаб.
— Расскажите о работе врачей-сурдологов, и почему внушительной частью их пациентов являются дети?
— Сурдолог — это достаточно молодая медицинская специальность. Не нужно путать сурдологов с ЛОР-врачами несмотря на то, что врач-сурдолог имеет в базе образование отоларинголога. Специальность сурдолога появилась примерно 20 лет назад, когда патологии слуха стали прогрессировать. По прогнозам ВОЗ, через 30-50 лет в мире каждый третий человек будет страдать нарушениями слуха. Это связано, в том числе, с тем, что медицина шагнула далеко вперед, и недоношенные дети, которые раньше, возможно, и не родились бы, сейчас выживают и реабилитируются, что сильно увеличило процент врожденных патологий слуха, в том числе, тяжелых. Именно поэтому одна часть наших пациентов — это дети с нуля лет.
Есть государственная программа аудиоскрининга в роддомах, и она помогает на ранних этапах обнаружить у малышей нарушения слуха, чтобы принять какие-то меры. Программа значительно облегчает ранее выявление тугоухости и глухоты, но не решает проблему.
А проблема детской тугоухости очень серьезная. По статистике, на 1000 рожденных младенцев — шесть имеют те или иные нарушения слуха. А к двум-трем годам количество этих детей увеличивается еще в несколько раз, не потому что их становится больше, а потому что их дообследуют и обнаруживают у них патологии, когда они уже становятся более заметными.
Есть возрастные факторы снижения слуха, когда угасание всех функций организма сказывается, в том числе, на слуховом аппарате. И третья категория людей с нарушением слуха приобретают патологию вследствие несчастных случаев, заболеваний, которые дают осложнения (например, менингит), а также в результате различных травмирующих событий и участия в военных операциях.
Абсолютно все эти люди — пациенты сурдолога. Причем пациенты пожизненные, потому что патологии слуха в 60 процентах случаев, как я уже говорил ранее, не имеют медицинского лечения. Есть небольшой процент нарушений, который лечится медикаментозно или с помощью операций, но это, как правило, нарушения, возникшие из-за заболевания, лор-органов. Нейросенсорная тугоухость же связана с тем, что во внутреннем ухе умирают нервные клетки, которые отвечают за восприятие звуков. И это, к сожалению, необратимый процесс, медицина пока не может его победить. Все, что врачи могут сделать для таких людей — это вовремя диагностировать проблему (каждый случай тугоухости не похож на другой), а также подобрать и настроить слуховой аппарат. Самый главный показатель качества проделанной работы — это когда люди со слуховыми патологиями начинают хорошо понимать человеческую речь.
![](http://region.center/source/yug/160524/_1070488probelbz.jpg)
— В чем проявляется тугоухость?
— Говорят, что, если слепой человек вызывает жалость, то глухой — раздражение. Это связано с тем, что люди с нарушениями слуха плохо понимают человеческую речь, им приходится постоянно переспрашивать, они уходят от разговоров и замыкаются в себе. И проблема таких людей даже не в том, что они, как принято считать, не слышат звуков, а в том, что такие люди, находящиеся в обществе, плохо понимают смысла того, что говорят вокруг. Люди с тугоухостью воспринимают мир так, как будто они очутились в другой стране без знания языка — они слышат, что что-то происходит, но не понимают сказанного.
Смысл реабилитации заключается в возращении человеку способности понимать речь других людей. Кроме того, реабилитация подразумевает пожизненное сопровождение сурдолога, поскольку минимум раз в год человек с проблемами слуха должен возвращаться в кабинет врача, чтобы обследоваться на предмет прогрессирования тугоухости и так далее.
— Как появился фонд «Слышать Жизнь» и правда ли, что специалисты фонда особое внимание уделяют детям?
Благотворительный фонд «Слышать жизнь» — это часть экосистемы, которая выросла и образовалась вокруг конкретной бизнес-структуры. Что касается детей, то маленькие пациенты всегда были и есть в приоритете у наших специалистов. Дело в том, что часто в семье, где рождается ребенок со слуховой патологией, мать остается одна, отец — уходит. Приблизительно 80% семей с такими детьми — неполные семьи. Мы всегда оказывали помощь таким семьям. И в 2021 году появился благотворительный фонд, потому что стало понятно — это не разовая история, а целое направление работы.
Сегодня большая часть специалистов фонда работает как волонтеры, не получая за это дополнительных доплат. Часть клиник сети «МастерСлух» работает в системе Программы госгарантий, поэтому у врачей есть возможность, несмотря на коммерческий формат медучреждения, помогать больным по полису ОМС. Есть отдельные случаи, которые проходят через фонд «Слышать жизнь». Это маленький фонд, который большей частью финансируется из личных средств его учредителей, а также из средств, отчисляемых с продажи слуховых аппаратов. Специалисты фонда помогают пусть не сотням и тысячам, а десяткам пациентов, но, как правило, это тяжелые случаи, и в преимуществе всегда — дети.
— Какую работу проводит фонд с жителями вновь присоединенных территорий России и почему вы решили помогать этим людям?
— Когда началась СВО, большое количество людей прибыло в пункты временного размещения в Ростовской области, поскольку регион приграничный. Я с 2020 года являюсь членом Общероссийского народного фронта, и именно через эту организацию за помощью к специалистам стало обращаться большое количество людей, в том числе, детей с нарушениями слуха. Было много сложных случаев, в частности, мы долго боролись за мариупольскую девочку Ангелину, которой необходима была кохлеарная имплантация. Такая операция делается в федеральных клиниках и в идеале — до трех лет. Мы дошли с Ангелиной до федерального Минздрава, добившись, чтобы ей выделили внеочередную квоту на операцию. И это, замечу, история не за награды и не за признание. Сейчас, когда началась волна возвращений участников СВО к мирной жизни, мы по-человечески не могли остаться в стороне.
В прошлом году, к примеру, мы оказывали помощь деткам в единственной специализированной коррекционной школе Луганска, где делали полный курс обследования органов слуха воспитанникам и проводили обучающий семинар для педагогов. В итоге пятерых детей мы протезировали, обеспечив их современными слуховыми аппаратами за счет средств гранта, который получил фонд «Слышать жизнь». Нужно учитывать, что Луганская республика сегодня отстает в своем развитии на пару десятилетий, в том числе, по части медицины, поэтому о многих технологиях там даже не слышали. Наш приезд в ЛНР был, своего рода, прорывом блокады. Поэтому программа помощи новым регионам нами осуществляется в различных форматах с самого начала СВО.
— Какую помощь вы получаете от неравнодушных людей?
— Есть много различных НКО, с которыми мы работаем. Они помогают во многом - «руками», документами, логистикой. Например, Общероссийский народный фронт нам всегда помогает доставкой людей автобусами в клиники Ростовской области из вновь присоединенных территорий, поскольку медицинский центр не может выехать туда в полном составе. Есть истории, когда сотрудники фонда обрастают подшефными семьями и курируют их уже за пределами своей основной деятельности. Сотрудники ездят на передовую, работают в военных госпиталях.
У нас есть партнеры и благотворители, которые помогают существовать фонду. Оборот фонда в 2023 году составил свыше 3,5 млн руб. Это немного, если сравнивать с большими федеральными фондами, но и не мало для камерного фонда, родившегося из начинания неравнодушных к проблеме людей, и занимающегося такой узконаправленной деятельностью. Конечно, хотелось бы помогать еще большему количеству людей. Но пока мы делаем то, что можем.
Деловые новости Юга и Северного Кавказа в Telegram